Быт
Однажды Андрей купил машину. Не новую, конечно, зато иномарку. Приобретение гордо носило эмблему Daewoo, такую же, как на недавно вернувшемся из ремонта видеомагнитофоне. Андрей любил, чтобы всё было одного бренда.
С трудом дождавшись выходных, Андрей схватил ключи и выбежал к своей красавице. Нежно провёл ладошкой по шершавым бокам машины, послушал аритмичное тарахтение двигателя, а потом сел за руль и погнался за горизонтом. Душа его пела, освежающий ветерок пробивался через прорехи в уплотнителе лобового стекла и ласково шевелил его жидкие кудри. Андрей покрутил ручку радиомагнитолы, настраиваясь на радио Маяк. К сожалению, короткий обломок антенны не способствовал приёму сигнала. Слева поравнялся огромный внедорожник, его водитель, неудобно изогнув шею, чтобы заглянуть в окна Daewoo, располагающиеся на уровне колёс внедорожника, с изумлением разглядывал скорчившегося в тесном салоне Андрея. Затем вдавил газ и уехал вперёд, стремительно уменьшаясь в размерах, пока совсем не пропал из виду. Андрей включил правый поворотник и тихонечко припарковался на обочине. Какая-то странная теснота сдавила грудь изнутри, мешая дышать. Она поднималась всё выше и выше. Руки Андрея, лежащие на дермантиновой оплётке руля, задрожали. Андрей вдруг понял, что его мечта снова разбилась о суровую реальность. И тут его прорвало. Из его горла вылупился сдавленный писк, переходящий в надрывные рыдания. Слёзы катились из уроненной на руль головы на покрытое сетью трещин стекло приборной панели. Отчаянные от безысходности рыдания Андрея буквально разрывали маленькую машинку изнутри, как 1200ваттный сабвуфер. Аккомпанементом мерно тикал невыключенный поворотник.
С трудом дождавшись выходных, Андрей схватил ключи и выбежал к своей красавице. Нежно провёл ладошкой по шершавым бокам машины, послушал аритмичное тарахтение двигателя, а потом сел за руль и погнался за горизонтом. Душа его пела, освежающий ветерок пробивался через прорехи в уплотнителе лобового стекла и ласково шевелил его жидкие кудри. Андрей покрутил ручку радиомагнитолы, настраиваясь на радио Маяк. К сожалению, короткий обломок антенны не способствовал приёму сигнала. Слева поравнялся огромный внедорожник, его водитель, неудобно изогнув шею, чтобы заглянуть в окна Daewoo, располагающиеся на уровне колёс внедорожника, с изумлением разглядывал скорчившегося в тесном салоне Андрея. Затем вдавил газ и уехал вперёд, стремительно уменьшаясь в размерах, пока совсем не пропал из виду. Андрей включил правый поворотник и тихонечко припарковался на обочине. Какая-то странная теснота сдавила грудь изнутри, мешая дышать. Она поднималась всё выше и выше. Руки Андрея, лежащие на дермантиновой оплётке руля, задрожали. Андрей вдруг понял, что его мечта снова разбилась о суровую реальность. И тут его прорвало. Из его горла вылупился сдавленный писк, переходящий в надрывные рыдания. Слёзы катились из уроненной на руль головы на покрытое сетью трещин стекло приборной панели. Отчаянные от безысходности рыдания Андрея буквально разрывали маленькую машинку изнутри, как 1200ваттный сабвуфер. Аккомпанементом мерно тикал невыключенный поворотник.